Из повести Ведьма из Карачева, написанной по рассказам мамы, Сафоновой Марии Тихоновны.

Из повести «Ведьма из Карачева», написанной по рассказам мамы, Сафоновой Марии Тихоновны, жительницы Карачева. (1903-1994).

В ту пору* народ дюже обеднял, да и лошадок на Ряснике осталося совсем мало, их же на фронт забирали... Да нет, копать лопатками тогда еще и понятия не имели, на лошадях землю обрабатывали. И к нам раньше дед Ляксай с Масловки приезжал на своей старой лошадке. Бывало и вспашить, и картошку убрать поможить. Но он же помер недавно, так мамка всё беспокоилася: весна, мол, скоро, а кто ж теперича вспашить-то?

Но тут опять стали прибывать солдаты в нашу деревню. Поставили и к нам, а у них лошади были, вот и вспахали они наш огород, и картошку посадили. Да и вообще, легче нам стало с ними жить, дров привязуть, напилють, накалють. Тепло в хате! И еда от них перепадала, то гороха какого, то овсяца, а мы сейчас овес этот в ступе истолкём, шелуху сдуем и кашу сварим. Жить можно было, но только сидеть дома уже никому не давали и гнали на работу. Пришли за подругами моими и за мной, отвели на фабрику, где раньше работали. Бывало, поедуть хозяева новые по мелким фабрикам, порышшуть там, найдуть какую-нибудь пеньку заваляшшую, вот и бородим ее. Ведь конопли-то совсем не стало. Что ж, мужики зазря сеять стануть? Раньше-то как было: мужики вырашшывали, фабриканты перерабатывали, а купцы продавали. Так машина и крутилася, так-то она и была налажена, а теперича что? Тех, кто вырашшывал - на фронт поугнали, кто перерабатывал и покупал – разорили, вот машина и разладилася вконец.

Еще тебе о солдатах? Да рядом с фабрикой нашей квартировали солдаты-латыши. Высокие, стройные ребяты были, в мундирчиках ходили. И как-то познакомился с нами их повар, Станиславом звали, вот и начал: как что останется у него на кухне, так и нясёть нам. Помню, очень вкусный кулеш пшенный он готовил с мясными галушками, только крепко ж много перцу туда сыпал! Сначала очень рот жгло, а потом ничаво, привыкли, и так-то хорошо нам было с этим поваром! Нальёть ведро кулеша и крикнить через забор: «Девочки, возьмите!» Мы и панствуем весь день. Похлебаем, похлебаем и опять за работу, если находилося что делать.

Ну, а потом латыши эти всё так-то поговаривать стали: Деникин*, мол, со своей армией приближается, Деникин… А вскорости и вправду занял он Орёл и прошел до самого Нарышкина*, что тут-то, недалеко от Карачева. Только там наши латыши знакомые его и остановили. А когда вступал он в Орёл, как же во все колокола звонили! С хоругвями его встречали, иконы выносили... Да это нам двоюродная сестра Маруська рассказала, как раз перед этим ездила она туда к тетке своей. Так вот, и магазины сразу в Орле пооткрывалися с продуктами разными, с одеждой, ситцами, она себе на платье привезла, и мы завидовали ей. Мы-то с Динкой платья из клочков шили… Да я ж тебе уже говорила, что она их с работы приносила. Там же вешши старые пороли и из них что-то шили, а она и таскала клочки оттудова, а мы себе одёжу из них шили. И ничаво, что рукава разные по цвету! Лишь бы тепло было! Вот и платья себе из них же шили, на сходбишша в них бегали, и наши платья даже такими модными казалися! Бывало, попришьем на них обирок разных, украшений… Ну, можить, при хорошем свете они и не так бы смотрелися, а под урушечкой... Зажжем керосиновую лампу, и танцуем…

Нет, о латышах и о Деникине ничего тебе больше не расскажу, а вот о начальниках наших… Еще: https://proza.ru/2020/07/03/1572

*1918-19 годы.

*Антон Деникин (1872-1947) - один из главных руководителей Белого движения в России в годы Гражданской войны.

*Нарышкино - Посёлок городского типа в Орловской области России.